читать дальше
Глава 17.
- Ну что?
- Он согласился.
Северус встал с постели, снимая наложенную на себя иллюзию. Гермиона поразилась переменам, произошедшим за несколько часов ее отсутствия. Не то что бы он феноменально помолодел после приема максимально допустимой дозы зелья, но шрамы теперь скорее напоминали тонкие ниточки, он не прихрамывал, исчезла полная горечи сеточка мимических морщинок.
Заметив ее пристальный взгляд, он нахмурился.
- И это только начало. Боюсь, мне придется дорого заплатить за нашу экскурсию на Карпаты.
Гермиона могла понять его желание оставаться собой, но такая неприязнь к идее скинуть десяток лет была ей не слишком понятна.
- Северус, я хотела спросить тебя.
Он кивнул, отобрав у нее пакет и выгружая на стол бутылочки и свертки с ингредиентами.
- Спрашивай.
- Это так важно для тебя… Я о побочном эффекте зелья.
Она не надеялась, что он ответит, но…
- Молодость, Гермиона, не в физическом, но моральном плане была для меня слишком утомительной. Дело не во внешности, просто она постепенно дозревала до моего сознания. Я, как говорила моя мать, всегда был «маленьким старичком». Согласись, одиннадцатилетний мальчик с томиком Сократа, предпочитающий логические задачки полетам на метле и два часа фехтования прогулке с хорошенькой девочкой в Хогсмид – нелеп. Так, по крайней мере, считали все, кто меня окружал. А если ко всем своим странностям такой ребенок еще и некрасив, и не пытается заискивать перед взрослыми, чтобы вызвать у них подобие того умиления, что бесплатно достается другим детям, избегает сверстников, потому что у него с ними мало общего… Вот тебе картина моего детства. Знаешь, какая мечта была у меня? Стать взрослым. Чтобы мое тело, наконец, доросло до моего интеллекта, и у меня по крайней мере появились, если не друзья, то единомышленники. Я так стремился стать взрослым, что слишком рано поверил, что это, наконец, случилось. К каким последствиям это привело, ты знаешь. Теперь ход времени для меня бесценен, все должно происходить тогда, когда ты готов к этому. Иногда очень хочется приблизить какое-то приятное событие… Но эта иллюзия несвоевременности сделает его менее приятным.
- Я тебя понимаю, - кивнула Гермиона. – Тем более ценно то, что ты делаешь для Драко.
Северус рассмеялся.
- Хочешь, я расскажу тебе о Драко? Всему виною зависть.
- Прости?
- Люциус Малфой. Мне казалось, что он самой судьбой одарен всем, что я желал иметь. Красота, блестящий ум, умение соответствовать любому мгновению жизни. Но то, как он распоряжался этими щедрыми дарами… Когда у него родился сын, мне предложили стать крестным. Не в силу особенно теплого отношения, просто как особе, приближенной в тот момент к нашему общему хозяину. Я тогда дал себе слово сделать все, чтобы Драко не превратился в точную копию своего отца… Мне так многое не удавалось в этой жизни…
- Ну почему же не удавалось. Драко другой. Он может строить из себя невесть что, но мы оба знаем, что по натуре он… - Гермиона улыбнулась. – Нет, подонок, конечно, но я доверила бы ему свою жизнь. Мне кажется, это во многом твоя заслуга.
- Вовсе нет. Мне даже хорошо при мысли, что на каком-то этапе жизни он был лишен моей опеки. Поверь, не случись этого, он стал бы замкнутым, увлеченным наукой циником. Я рад, что этого не случилось.
Гермиона улыбнулась.
- Ты себя недооцениваешь.
- По-моему, переоцениваю, – он усмехнулся, но усмешка вышла теплой. - Хватит воспоминаний, пора переходить к деталям нашего плана. Ты привезла все, что нужно, значит, в наших интересах не затягивать с назначением даты суда предков. Драко должен потребовать назначить его этой же ночью. Он в праве это сделать. Но, видимо, придется его немного посвятить, не во весь план в целом, конечно, но в детали.
- Что ты ему скажешь?
- Что мы попробуем обеспечить ему благоволение предков.
- А Гарри?
- Мне жаль нервные клетки Поттера, но, боюсь, ему придется пребывать в неведении. Чем меньше осведомленных, тем лучше. Ко мне и так во время твоего отсутствия заходила Рада. Несмотря на маскирующие чары, которые я наложил на свое лицо, она выразила острое желание привязать меня завтра на целый день к кровати, а тебя, в качестве моей сиделки и сообщницы, поместить в кандалы в подземельях.
Гермиона нахмурилась.
- Что будет, когда она узнает?
Северус пожал плечами.
- Для того чтобы обвинить нас, у нее не будет доказательств. Все будет указывать на Охотника. А почему мы так поступили, она поймет.
- Но Охотник… Он так рискует.
- Он всегда рискует и, в общем-то давно уже не живет, все, что он хочет, это забрать с собой на тот свет побольше тех, кто уничтожил его жизнь. Его рано или поздно поймают, но это его война, не наша. Для нас все, что произойдет - сделка, чтобы вытащить наших друзей, а для него эта битва может закончиться только смертью.
Гермиона кивнула.
- Иногда я сожалею, что мир так несовершенен.
- А я нет. В совершенном мире мне не нашлось бы места, я слишком далек от идеала, чтобы вписаться в его рамки, ты кстати тоже.
Гермиона вспомнила о горсти земли в кармане брюк.
- Но даже в этом несовершенном мире у отверженных есть свой рай. Такой же ущербный, как мы сами, но он есть.
- Для тебя, для Драко - может быть. Но я пока не уверен, что в вашем раю есть и для меня место. Владеть его куском не значит быть его частью.
Она стала молча помогать ему расставлять ингредиенты. Все это было чертовски грустно.
***
- Что, прости?
- Не прикидывайся идиотом, ты понял, что я спросил.
Гарри кивнул.
- Я просто не могу поверить, что ты сказал это. Повтори, пожалуйста.
- Садист, - буркнул Драко.
Гарри улыбнулся.
- И все же.
- Я сказал, «ПОТТЕР, НЕ СОГЛАСИШЬСЯ ЛИ ТЫ ПОЙТИ СО МНОЙ НА СВИДАНИЕ!» - по буквам прошипел Малфой. – Кажется люди так говорят, когда хотят провести вечер с человеком, который им симпатичен, надеясь на интим в финале, но подчеркивая, что он вовсе необязателен.
Гарри просиял как солнышко и отложил в сторону книгу.
- Слушал бы и слушал…
- Так ты согласен или нет? – Драко уже готов был взять свои слова назад, все это выглядело нелепо.
Вообще-то все время после обеда, который, несмотря на бурное начало, прошел вполне мирно, он провел у себя в комнате, размышляя о Гарри и его словах. Слова Рады его несколько обнадеживали, так что умирать он пока не собирался, а значит… Все его прежние попытки завязать отношения проваливались с одинаковым успехом. Но может быть… Да, представить Поттера не просто в своей постели, но и вне ее рамок было сложно. Однако, когда картинка стала складываться, она вышла вполне удачной. Если перечеркнуть их прошлые взаимоотношения и посмотреть на сегодняшних Гарри и Драко… Да, у них было мало общего, но это от чего-то только вдохновляло. Там, где Драко чувствовал себя слабым, он находил сильную сторону в Гарри и наоборот. Ему никогда не стать таким преданным, но никто не посягнет на его самоуверенность. И так во многом, он сравнивал себя с Гарри часами, как в магловской картинке, которую нужно сложить из кусочков и, когда все детали встали на место, он с почти священным ужасом понял, что она сошлась вся. Они были как две половинки одного целого, антиподы из которых при небольшом усилии вышел бы идеальный человек - довольно прозаичный и скучный - но кто сказал, что идеал это непременно ярко? Это хорошо.
Драко нервно ходил по комнате, закуривая одну сигарету за другой, потому что не мог смириться с тем, что теперь чувствует просто необходимость быть с Гарри. Но он не знал как. Все или ничего. Он не умел отдавать все. Только по кусочкам, всегда просчитывая запасные ходы и варианты отступления. Но Гарри подобные отношения не примет. Драко до сих пор не мог поверить, что тот просто взял и сказал ему все, что испытывает. Обнажив душу, не оставив секретов…. До встречи с Гермионой, услышав от человека подобное признание, он непременно пнул бы его побольнее просто потому, что он это может. А что - пусть не расслабляется, как можно поднести свою уязвимость на блюдечке такому негодяю, как он. Но, впервые увидев в Гермионе боль, он не ударил, потому что это просто не имело бы смысла, а потом, кажется, отвык бить… Он думал, это касается только Герми… Но потом появилась Рада и… Он узнал ее тайну, но просто принял ситуацию, не пытаясь как-то использовать ее в своих интересах и обрел нового друга.
Рада… Думая о ней, он улыбался немного грустно, но искренне. Они были похожи. Воля - ибо она сама держала себя в рамках. Жесткость вместо жестокости, смелость, вместо безрассудной храбрости. Он понимал ее. Она его. Иногда можно найти нечто совершенно особенное там, где ничего не ищешь.
И все же все, в конце концов, сводилось к Гарри, к его Гарри, потому что при мысли о Гарри чужом, он мечтал пойти в качестве гида с этим чужим на экскурсию в катакомбы Малфой мэнор и потерять его там… На века. Даже если речь идет о единокровном родственнике. Особенно, если о нем…
И тогда он почти убедил себя, что все дело в мелочной ревности. Дешевой в своей иррациональности ревности. И все же нет. Можно было лгать себе, выдумывая сказочку о благородстве и спасении наивного мальчика Гарри от искусителя-кровопийцы, или придумать целую сагу в духе Малфоев, о братьях-соперниках. Но проблема была в том, что ему было плевать, с кем спит Драго, а вот Гарри он не уступил бы даже парню, чью голову венчает нимб.
Именно такие размышления, в конце концов, привели его к мысли, что он попробует. Попробует построить эти самые чертовы отношения. И возводить их не на сексе, а на доверии и взаимной симпатии. Черт, в таких играх он, наверное, был девственником похлеще Поттера. Мысль о свидании пришла спонтанно, сложнее было вычеркнуть из нее ужин в дорогом ресторане и шелковые простыни. Это не та атмосфера, в которой люди могут узнать друг друга поближе.
Он даже пошел за советом к Раде, не знает ли она уютного местечка, где его не арестуют спустя пять минут после появления, и они смогут нормально провести время с Гарри. Она обещала ему портал перемещения до маленького охотничьего домика и уверила, что тамошние домовики позаботятся обо всем и не станут путаться под ногами.
И вот теперь, после стольких хлопот и нервных потрясений он стоял перед Поттером и чувствовал себя полным идиотом.
- Так ты согласен или нет? – повторил свой вопрос Драко, чувствуя огромное желание придушить улыбающегося Поттера и пуститься в бега, скрываясь от правосудия до конца жизни.
Гарри порывисто его обнял и насмешливо чмокнул в кончик носа.
- Конечно, согласен.
Драко решил отложить его удушение на неопределенный срок.
- И это все?
- В смысле?
- И это вся благодарность за то, что я тут пять минут унижался?
- Ты унижался? А я думал это было приглашение на свидание.
- Ну, это оно и было, но…
- О, заткнись, - Гарри притянул его к себе и заткнул, пожалуй, самым приятным способом.
***
- А где все?
Гермиона спустилась в столовую не в лучшем настроении. Северус, которому она помогала нарезать ингредиенты, был раздражен тем фактом, что вынужден готовить зелья у себя в комнате, а не в выделенном ему когда-то для этих целей подвале. Раздраженный Снейп - зрелище не для слабонервных, раз восемь он раскритиковал ее работу обозвав Лонгботтомом, а потом настоятельно рекомендовал ей найти себе занятие, а не путаться у него под ногами. Гермиона ушла, к этой стороне жизни Северуса ей еще только предстояло приобщиться, но торопиться с этим не хотелось.
Она поискала Гарри, намереваясь провести время с ним, не найдя, поискала Драко, но и тут ее ждало разочарование; в конце концов, обойдя почти весь замок, в трапезной у очага она застала Раду, та сидела, перебирая струны гитары и потягивая вино. Вот к ней Гермиона и обратилась с вопросом, присаживаясь на соседний стул.
- Все? - Рада сделала глоток вина. – Драко и Гарри отправились на свидание. Драго ушел еще до обеда.
- Свидание? - удивилась Гермиона, присаживаясь на соседний стул. - Похоже, я что-то пропустила.
Рада кивнула, продолжая наигрывать что-то грустное.
- Так всегда бывает, увлекаясь чем-то, ты становишься слепа к окружающему миру.
- И все же…
- Тебя что-то беспокоит?
Гермиона кивнула.
- Я как никто уверена в Гарри. Для него привязанность к кому-то очень серьезна. Но Драко… Он замечательный, однако мало кого способен впустить в свой мир, он привык держать людей на расстоянии.
- Но тебя не удержал.
- Это другое.
Рада улыбнулась.
- Это то же самое. Однажды, найдя в себе достаточно решимости впустить кого-то в свою жизнь, он сделает это и во второй раз. Начинать надо с малого… он научился заводить друзей. Самое время для любви, не находишь?
Гермиона пожала плечами. Рада с печальной улыбкой перебирала струны.
- Я ему завидую немного.
- Кому?
- Этому вашему Гарри. Такие люди - редкость, даже убедив себя, что устали от суеты и несправедливости этого мира, они продолжают делать его лучше. Кормят бродячих собак, переводят через улицу старушек, они просто не могут иначе, в них не заложено пренебрежения к чужой боли, они всегда открыты для нее.
- Увы, они редко бывают счастливы.
- Но они надеются… всегда. Даже когда в состоянии убедить мир, что это не так. У меня была очень длинная жизнь, Гермиона. Я поведала на своем веку такое, что все не пересказать словами, но я скажу тебе одно, я всем скопом выбросила бы все, что знаю о людях в обмен на то, чтобы когда я была маленькой девочкой, в моей жизни встретился человек, похожий на Гарри. И чтобы научил меня жить в этом мире по своим законам.
- Ему пришлось нелегко.
- Всем нам пришлось. Но посмотри на них, они живые.
- Я не понимаю.
- Спроси себя, рядом с тобой Драко был таким деятельным, целеустремленным, живым?
- Нет.
- Рядом с Гарри он просто взрыв абсурда, но этот абсурд чертовски эмоциональный. Они нужны друг другу.
- А что нужно мне?
Рада задумалась.
- Тебе? – она улыбнулась. – Покой, иначе ты не выбрала бы этого мужчину.
- Покой, - усмехнулась Гермиона. - Тогда я, похоже, выбрала не того мужчину.
- Ты любишь русскую поэзию? – Рада стала наигрывать еще более плавную и тягучую мелодию, чем раньше.
- Я не слишком хорошо с ней знакома.
- Но о Пушкине ты, разумеется, слышала.
- Конечно.
- Многие любят Пушкина, мне милее Лермонтов. Отвечая на твой вопрос, я хочу прочитать тебе одно стихотворение. Ты позволишь?
Гермиона кивнула.
- Конечно.
Рада собралась с мыслями.
- Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?..
Играют волны - ветер свищет,
И мачта гнется и скрыпит...
Увы! он счастия не ищет
И не от счастия бежит!
Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой...
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!
Гермиона улыбнулась.
- А он есть? Покой в бурях?
Рада пожала плечами.
- Я люблю грозу, она заставляет меня чувствовать себя умиротворенной, целой. Когда бушует стихия, то кто бы ты ни был, человек, вампир, оборотень, маг или магл, ты всего лишь песчинка, которой должно приклонить колени и внимать силе истинного безумия. Это завораживает, такая красота может подавлять, но она же очищает душу. Многие любят грозу, потому что после нее всегда приходит солнце, и обновленный мир сияет более яркими красками. Но мало кто ценит разрушительную красоту сомой стихии. Я тоже не всегда умела любить ее. Умеешь ли ты? Я не знаю, но мне кажется, умеешь.
- Ты удивительный человек, Рада.
- Я удивительно старый человек, – нелюдимая отложила гитару. – Давай ужинать. Наши юноши поглощены друг другом, наш мужчина вынашивает какие-то коварные замыслы, пытаясь скрыть это от меня, и, следовательно, я полагаю, в данный момент поглощен собой. В такой ситуации дамам остается только есть и потягивать вино, развлекая друг друга беседой.
Гермиона улыбнулась.
- Да будет так.
Рада улыбнулась в ответ.
- А так и будет.
Когда подали ужин Гермиона спросила:
- Ты обычно живешь здесь одна? Не скучно?
- Ну, это не единственный мой дом, но да, в основном я бываю тут одна. Мне не скучно. Мне спокойно, хотя порою царящий вокруг покой мучает. Но как бы тебе объяснить, это не значит, что я хочу что-то менять. Однажды я думала об этом, но пришла к выводу, что тишина мне желаннее.
- Думала?
- Не обязательно найти любовь, чтобы разделить с кем-то вечность.
- Расскажешь?
Рада кивнула.
- Это не секрет в Трансильвании. Двести лет назад Влад сделал мне предложение, и я чуть
было его не приняла.
- Почему?
- Что почему? Почему чуть не приняла или почему в итоге все-таки отказала?
- И то и другое.
- Мы нравились друг другу. Наше знакомство к тому моменту было довольно долгим. У Дракулы не может быть двух невест или жен. Он решил, что я - та самая женщина, с которой он мог бы не устать от вечности. Ради меня он готов был отказаться от ухода в дом Немертвых, когда придет его срок и даже, если потребуется, отказаться от роли главы клана.
- Он любил тебя так сильно?
- Кто говорит о любви? Мы говорим об обязательствах длинною в вечность. Ты не понимаешь природу чувств вампира. Быть всегда одному под леденящим сводом тьмы - его судьба. Ему не найти для себя ту, что сможет освятить его мир, но он может разделить этот холодный склеп с кем-то. Почему именно со мной? Мои эмоции ярче, чем у вампиров, похожи по сути, но нечто иное по содержанию. Влад всегда любил экспериментировать со своей природой. Полагаю, это был тот самый случай. Любовь? Ну, он так сильно желал этого союза, который не сулил ему особой выгоды что, пожалуй, это было очень сильное желание.
- Так почему ты отказала?
Рада пожала плечами.
- Я испугалась, что история повториться. Я не оправдала желаний одного нелюбимого мужа, могла ли я надеяться, что со вторым у меня выйдет лучше?
Гермиона колебалась долю секунды.
- Рада, я не уверена, что в праве говорить об обстоятельствах того, как я это узнала и не хочу, чтобы мы обсуждали это. Драго передал Драко просьбу от Влада, речь в шла о том, что бы Драко убил Северуса, это ослабило бы тебя и Влад нанес бы удар, свалив все на оборотней.
Рада кивнула.
- Северус знает?
- Да.
- Он насторожен этим обстоятельством?
- Северус этого не показывает, но нет, не думаю, что это всерьез его беспокоит.
- Я немного знаю Драго, - задумчиво сказала Рада. – Я далека от доверия Владу, но я еще меньше готова верить этому его сыну. Я думаю, что он подал Драко полуправду, некоторые идеи его отца, щедро приправленные его собственными интригами. Не бери в голову. Но спасибо, я подумаю об этом…
***
- Нет, это невозможно, - Драко со стоном сполз на пол, разглядывая интерьер охотничьего домика. – Что бы я еще раз доверил женщине выбор уютного, но не вычурного места! Никогда!
Гарри хихикнул.
- А, по-моему, мило. Ты что, собирался пригласить меня в Диснейленд?
- Странные у тебя представления об уюте, - буркнул все еще недовольный Драко. – Но я думал о чем-то менее провоцирующем.
Тут было все, чего он так стремился избежать. Охотничий домик состоял из одной жилой комнаты, кухни и ванной. В свете камина их ждал элегантно сервированный на двоих столик, в тусклых бликах свечей и ярком пламене очага в интерьере бросались в глаза отнюдь не охотничьи трофеи, украшавшие стены, а огромное ложе, накрытое покрывалом из пушистого серебристого меха.
Гарри подошел к столу и взял маленький конвертик.
- По-моему, это тебе.
Драко поднялся и взял конверт у Гарри. Там была короткая записка.
«Не пытайся быть тем, кем не являешься, и если ему что-то не понравится, можешь свалить все на меня.
Рада»
Драко улыбнулся и кинул записку в камин.
- Что там было? – спросил Гарри.
- Инструкции как тебя обаять.
Гарри рассмеялся, садясь за стол.
- Тебе не нужно особенно стараться.
Драко последовал его примеру.
- Правда?
- В силе твоего обаяния я уже убежден. Вопрос в том, что у тебя есть кроме него?
- А что тебе нужно?
Гарри пожал плечами.
- Все дело в том, что я не знаю. Еще несколько дней назад я бы сказал, что хочу дождаться, пока, наконец, кончиться вся эта шумиха с Воландемортом и осесть. Найти приличную девушку, попытаться создать семью.
Драко растерялся.
- Но если тебе хочется такого…
- Хотелось. Но я тогда не испытывал такого влечения к тебе. Отрицать его не вижу смысла, но наше будущее… Я не знаю, как его представить. Это очень сложно. Я хотел бы, что бы все было просто.
Драко горько ухмыльнулся.
- Но это не так. Ты герой, я отверженный, изгой. У нас мог бы быть приятный романчик, ставить о котором в известность широкую общественность было бы глупостью. Но отношения… их ведь не спрячешь.
Гарри пожал плечами, наполняя его тарелку.
- Я и не думал ничего скрывать. Пойми, в данной ситуации меня интересует только твое и мое мнение.
Драко кивнул.
- Я понимаю, что скажу сейчас сопливую банальность. Но я не хочу сломать твою жизнь.
Гарри кивнул.
- Спасибо, - он улыбнулся. – Я ценю это. Но ты не сломаешь, даже если у нас в итоге ничего не выйдет, я никогда не стану сожалеть о попытке. А если получится, что ж, в этом мире счастье строится не по географическому принципу, я буду рад жить с тобой на острове. Наверное, я не брошу работу, но при наличии камина, и если никто не отменит аппарацию, это не будет проблемой.
- А ты не думал об отношении к тебе в обществе? – этот вопрос был задан не Драко, но Малфоем.
- Мне не нужны те друзья, что не в состоянии принять моего выбора, а до остальных мне вообще нет дела. Но если что-то смущает тебя…
- Меня? Малфоев вообще трудно смутить.
- Хорошо, тогда меня беспокоит только этот чертов суд предков.
Драко улыбнулся.
- Не стоит, Рада обещала мне, что я благополучно покину Карпаты, а она не говорит того, чего не знает.
- Она тебе нравится? – улыбнулся Гарри.
- Да, очень. Но она немного чокнутая, возможно, все мы такие, но она чертовски обаятельная сумасшедшая.
- И все же мне жаль ее…
Драко жестом остановил Гарри.
- Не стоит, думаю, ей меньше всего нужна наша жалость. Все ее горечи, ее решения, все, что она есть, их последствия. Я думаю ….
- Что?
- Не важно.
- Драко?
Он обнял себя руками и, поднявшись, подошел к огню.
- Я не могу сказать, но, кажется, я понял кое-что о Раде… Я не хотел бы этого знать.
Гарри смотрел на его фигуру, удивительно хрупкую в дребезжащем свете пламени. Он встал и, подойдя к Малфою, обнял его, положив голову ему на плече.
- Не говори, если не хочешь.
Драко не обернулся.
- Ты прав, не хочу.
- Пойдем, - Гарри обнял его за плечи увлек к постели и толкнул на мягкое покрывало, опускаясь рядом.
- Ты уверен? – Драко ласково коснулся его щеки.
Гарри улыбнулся.
- Ты нужен мне.
Драко обвил руками его шею, пытаясь вложить в последовавший за этим поцелуй всю свою благодарность за такой ответ. Быть нужным… не кому-то – Гарри. Такому честному и правильному, с мягкими губами и неумелыми в своей торопливости, но горячими как угольки поцелуями. Его Гарри, Гарри, чувства к которому такие большие и неопределенные, он пытался выразить их всем прикосновением, дыханием, движением. «Мой», выдыхал он в полураскрытые зацелованные губы. «Мой» повторял он, утверждая свою власть над этим телом. «Мой» шептал он, покоряя и покоряясь, растворяясь в чужой нежности и в не обузданных в своей откровенности желаниях. «Мой» утверждал он каждой лаской каждым движением, к Гарри, в Гарри, с Гарри.
И нежность, и умиротворенность, и бесстыдное «Твой», стоном, вскриком на гране и за гранью. Они переплелись на серебристом мехе так тесно, что потустороннему наблюдателю показалось бы, что в этом объятье они стремятся сломать друг другу кости… Раствориться друг в друге каждой клеточкой. Но это было бы неправдой, они не пытались ничего сломать, а только учились строить. И Драко выдохнул те самые слова в растрепанную шевелюру своего нечаянного любовника… Любимого? И получил в ответ столь же невнятной утомленной сонливости «Я тебя тоже». Он предпочитал не задумываться, как это было раньше, главное здесь тоже это есть. Здесь и сейчас.
Глава 18.
- Будем завтракать здесь или вернемся в замок?
Гарри вынырнул из-под мехового покрывала.
- А чем мы тут располагаем?
- Засохшей икрой и выдохшимся шампанским. Если бы вчера кто-то этим поужинал вместо того чтобы сразу затащить меня в постель… - ворчал Драко.
Гарри улыбнулся.
- Я и сейчас предпочел бы позавтракать тобой.
Драко фыркнул.
- Не знал, что связался с каннибалом.
- Еще с каким, если речь идет о вкусненьких сливочно-беленьких Малфоях.
- Ну, это блюдо я тебе не дам, пора собираться. Сегодня суд, если помнишь.
Гарри со стоном сполз с постели.
- А так не хочется никуда идти.
- Знал бы ты, как не хочется мне…
- Я понимаю. Ты уверен, что все будет хорошо?
- Ну, мне попытались это внушить. Одевайся, надо поторопиться.
Гарри подошел к Драко и подставил губы для поцелуя.
- Ты не пожелал мне доброго утра.
Драко целомудренно чмокнул его в лоб.
- Доброе утро.
Гарри тут же схватил его в объятья и поцеловал куда более существенно.
- Вот так желают доброго утра у нас в гриффиндоре.
- И как ты ухитрился остаться девственником при таких традициях.
Гарри фыркнул.
- Я ждал кого-то особенного, помнишь?
- О, я, конечно, феноменально особенный, - Драко аккуратно выбрался из теплых объятий.
– И все же нам пора.
Гарри печально кивнул.
- Угу…
Глядя как он понуро собирает свои валяющиеся в беспорядке вещи, Драко нахмурился.
- Гарри нам, правда, пора…
- Угу, - полный горечи вздох.
- Гарри... а к черту, - Драко схватил Поттера в охапку и упал на кровать, увлекая его за собой. – С другой стороны, можно ведь и правда обойтись без завтрака.
- Ты об этом не пожалеешь, - нахальный Поттер уже расстегивал пуговицы на его рубашке.
Драко закатил глаза.
- Уже жалею, - Гарри лизнул, а потом слегка сжал зубами его ключицу. – Я сотворил монстра, - простонал Драко. Потом ему, собственно, было уже не до слов.
***
В трапезной их ждала злая как сто чертей Гермиона.
- Где вас носило? Через полчаса вам нужно отправляться на суд над Александром.
- Тебе в подробностях или просто поверишь, что мы были очень заняты?
Гермиона окинула их оценивающим взглядом.
- Поверю. Драко, нам нужно поговорить. А тебе, Гарри, не мешало бы привести себя в порядок. И неплохо было бы ширинку застегнуть.
Гарри покраснел.
- Да, ты права, это сделать, пожалуй, стоит.
Гермиона взяла Драко за руку и потащила его в библиотеку. Как только они оказались в комнате, она заперла дверь.
- Времени мало, так что слушай меня внимательно. Северус просит тебя, как только будет решено, что Александр предстанет перед судом предков, настаивать, чтобы это произошло сегодня ночью.
- Зачем мне это?
- Поверь, так нужно в целях твоей безопасности.
- Вы что-то придумали? Мне нужны подробности.
- Сейчас для всех нас безопаснее, что ты их не знаешь. Доверься нам.
Драко совершенно серьезно кивнул.
- Хорошо. Когда мне быть готовым к неожиданностям?
- Все время.
- Поттер?
- Гарри лучше пока пребывать в неведении…
- Ладно, тогда, полагаю, что теперь я могу пойти переодеться.
Гермиона порывисто обняла его.
- Мы справимся.
Драко поцеловал ее в макушку.
- Что бы вы ни затевали, побереги себя. Пообещай мне.
Она серьезно кивнула.
- Похоже, друг мой, у нас появилась масса поводов не торопиться на тот свет.
- Похоже на то.
Она улыбнулась, освобождаясь из его объятья.
- Ну давай, Драко Малфой, докажи всем, что ты очень живучая сволочь.
Он улыбнулся в ответ.
- Я докажу, непременно…
Гермиона ухмыльнулась.
- И запомни все детали суда…. Не думаю, что мне доведется увидеть это своими глазами, так что я потребую полного отчета.
***
Когда Драко вошел в зал, там уже были Гарри, Гермиона и Рада. Но именно Нелюдимая привлекла его внимание. До этого он никогда не видел ее такой. На княгине было длинное белое платье до пола. Волосы, заплетенные в две толстые косы, лежали на плечах, чело венчал толстый обруч, украшенный россыпью сапфиров. Она выглядела величественной и по-королевски гордой. Дополнял картину меч на поясе. Его черные ножны украшал причудливый рисунок: смертельно раненный волк сжимал в зубах гигантскую летучую мышь.
- Прежде чем мы отправимся, я хочу, чтобы вы уяснили себе несколько правил суда. Вы можете говорить, только если я вас спрошу. Выступать наравне со мной или перечить мне и остаться безнаказанными могут только главы кланов.
Драко и Гарри кивнули.
- Вы гости клана вампиров, поэтому на судилище будете стоять с ними. Когда мы окажемся на месте, и я сомкну круг, никто не покинет судилище до вынесения решения. Попытка сделать это карается смертью. Вам все ясно?
- Да.
- Да.
Она улыбнулась, на секунду став прежней Радой.
- Ну, тогда в путь.
Повинуясь взмаху ее руки, на полу вспыхнула красная пентаграмма.
- Идите.
Гарри шагнул первым. Драко последовал за ним…
***
Он не знал, чего ожидал от места судилища. Они оказались на гладкой площадке на вершине горы. Было холодно, ветер посыпал волосы снежной крошкой. В центре площадки находился огромный круг, земля в нем казалось выжженной и мертвой. В круге уже находились люди, человек сто пятьдесят, причем, по мнению Драко соотношение оборотней и вампиров было три к одному. Из-за заснеженных залитых солнцем вершин свет вокруг казался ослепительно ярким. Малфой удивился, как это переносят вампиры, разглядев среди присутствующих, улыбнувшегося ему Влада он, повинуясь его жесту, вступил в круг.
… И тут же понял, насколько ошибочным было его первое впечатление. Он шагнул из мира в мир. Снаружи казалось, что просто люди столпилось на клочке земли. Но внутри круга царила ночь, воздух был отнюдь не холодным и разряженным, а мягким, лесным, напоенным запахом трав и соцветий. Он с удивлением взглянул на звездное небо над головой и улыбнулся… Это место действительно дышало древностью…
В центе круга возвышалось странное сооружение, подойдя поближе, он понял, что это лежащий на алтаре из оникса щит, украшенный каким-то причудливым рисунком. Хитросплетение черных и темно-серых линий, какие-то слова….
- Это карта, - Влад неслышно к ним приблизился. – На ней обозначены территории охоты.
- О, - Драко обернулся к главе клана вампиров. – Волшебное место.
- Более чем. Напомните мне однажды рассказать вам историю заключения Договора. Сейчас, боюсь, не время и не место. Нелюдимая прибыла, - он махнул рукой вправо, приглашая их занять место среди вампиров. Оборотни стояли слева.
Подойдя к вампирам, Драко стал рядом с Александром.
- Привет, пока не окончательно мертвый.
Вампир улыбнулся.
- И тебе, пока еще живой.
Драко хмыкнул.
- Какое-то у тебя слишком радостное настроение для того, кого собралась хоронить такая толпа народа.
- От судьбы не уйдешь. Одно радует: ты влипнешь со мною за компанию.
Драко кивнул.
- Да, похоже на то.
Нелюдимая шагнула в круг и перешептывающиеся голоса стихли. Подойдя к щиту, она произнесла.
- Я здесь, чтобы вершить суд.
Драко снова поразился произошедшим с ней переменам. Как зачарованный он слушал чужой резкий голос, который, казалось, поднимался из самой земли. В нем не было ничего человеческого, только мощь, только торжество древних богов, чьих имен и законов он не знал.
Взметнулись вверх белые ладони, Нелюдимая опустила руки на щит и выжженная земля под их ногами запела, если это можно было назвать песней; повинуясь ее стенаниям, мир за пределом круга стал таять, теряя свои очертания, превращаясь в застывшую корку непроглядной тьмы. Неживую, неподвижную.
Драко почувствовал себя в ловушке, он действительно не покинет круга, пока все не кончится. Все сейчас было одной огромной волей женщины, что касалась щита. Или не женщины вовсе? Ее глаза сейчас были безжизненны и пусты как ночь, что была матерью всем собравшимся.
- Подойди ко мне, Александр из рода Дракула, и я решу твою судьбу.
Александр шагнул вперед и опустился на колени перед алтарем, на котором лежал щит.
- Нарушил ли ты территорию охоты?
- Да, госпожа.
- Коснулся ли ты непредназначенных твоему народу жертв?
- Нет, моя госпожа.
- Проник ли ты в дом оборотня?.
- Да, госпожа.
- С какой целью?
- С целью ограбить его.
Тишина казалась гнетущей.
- Что ты намеривался украсть в доме Лукаша?
- Его дочь Софью.
- Это было только твое желание, или она хотела покинуть с тобой отчий дом.
Александр бросил взгляд на девушку с русой косой, стоящую рядом с Лукашем. Та быстро кивнула.
- Хотела, моя госпожа.
- Приглашала ли она тебя на земли своего клана?
- Да, моя госпожа.
Нелюдимая кивнула.
- Поднимись и вернись к своему народу. София из рода Виго, подойди, дабы подтвердить или опровергнуть его слова.
Девушка подошла к алтарю, Александр как раз встал в этот момент, и Драко заметил, как в молниеносном пожатьи сошлись их пальцы, прежде чем вампир вернулся к своему народу, а девушка опустилась на колени.
- Ты подтверждаешь слова Александра из рода Дракула?
- Да, моя госпожа, - с вызовом бросила девушка, взглянув в глаза своему явно кипящему от ярости отцу.
- Что ж, вернись к своему народу.
Рада задумалась.
- Я не вижу большего преступления в нарушении тобой границы, Александр из рода Дракула. Это преступление я прощаю тебе, так как Софья из рода Виго показала, что ты пришел на землю оборотней по ее приглашению. Но ты сам признал, что в дом самого Лукаша ты проник как вор. Я сожалею. Согласие девицы не давало тебе права пытаться увезти ее без ведома отца. Но причин убивать тебя за это я не вижу, тем более, что побег не удался. В качестве компенсации за нанесенное Лукашу оскорбление, я накажу весь твой клан лишением части территории охоты. Твоя дальнейшая судьба в руках твоего народа. Но я вижу вину и за тобой Софья, ты не имела право поощрять Александра Дракулу к действием на территории твоего клана, которые караются Договором. Но твою судьбу я тоже отставляю на усмотрение твоего клана.
Рада извлекла из ножен меч и коснулась карты, на щите отсекая кусок отмеченной черным территории. Он тут же приобрел темно-серые границы.
- Таково мое решения и да будет так.
- Да будет так – одновременно воскликнули Влад и Лукаш.
Глава клана оборотней шагнул вперед.
- Здесь, в присутствии Нелюдимой спрашиваю тебя, Влад Дракула, какая участь ждет твоего сына?
- По нашему закону он предстанет перед судом предков, тебе это прекрасно известно, Лукаш.
- Но когда? Если это произойдет через сотню лет, я опротестую приговор Нелюдимой.
Драко решил, что это как раз его время вмешаться.
- Сегодня ночью, может быть. Знаете, мне как-то не терпится покинуть ваш гостеприимный край.
Лукаш даже не взглянул в его сторону.
- По какому праву он говорит?
- Этот колдун - защитник моего сына перед предками. Требовать даты их суда - его привилегия.
Вот теперь Лукаш взглянул на него более заинтересованно, но с насмешкой.
- И ты всерьез надеешься вернуться домой, колдун?
- Не вижу причин не верить в это, - Драко всем своим видом выражал крайнюю степень надменности. – Мой гм-м подзащитный нарушил явно устаревшие догматы, по-моему, проблемам чистоты крови придают слишком большее значение.
За его спиной у Гарри, похоже, вот-вот готова была начаться истерика. Так он пытался подавить рвущийся наружу хохот.
- Дамы и господа, посмотрите на эту девушку, - он шагнул к оборотням и жестом предложил всем полюбоваться Софьей. – Неужели за такую красоту жалко жизни?
Большинство присутствующих кивнули. Мол, жалко.
Драко удрученно пожал плечами.
- О, как циничен стал мир. А ведь любовь, по сути, власть. Ради нее развязывались войны и строились империи, кто из вас не рискнул бы парой ветхих законов ради власти?
Аудитория призадумалась.
Лукаш зааплодировал.
- Красноречиво. Но, боюсь, юноша, это вам не поможет.
- Пари?
Глава оборотней задумался.
- На что?
- Я напишу завещание на ваше имя. Фунты принимаете?
- Он богат? – спросил Лукаш у Рады.
- Да, и я еще от себя накину.
- Сумма пари?
- Миллион английских фунтов или двести тысяч галеонов, как пожелаешь, – улыбнулась Нелюдимая.
- Хорошо, если вы погибните, я получу ваши деньги, а что хотите взамен вы?
Драко ухмыльнулся.
- Вашу дочь. Вы ведь хотели наказать ее… - он надеялся, что Гарри там за его спиной не грохнулся в обморок, и что Александр не всадит ему нож в спину.
Он ожидал, что оборотень откажется. Но тот ухмыльнулся.
- У меня уже есть достойная наследница, а предавшая меня однажды предаст и во второй раз. Если ты выживешь, колдун, – она твоя.
Рада ухмыльнулась.
- Я свидетельствую ваш договор.
- Что ж. Да будет так!- сказал Влад. – Предки решат твою судьбу этой ночью, Александр.
Драко вернулся к вампирам. Гарри встретил его соперничавшим по убойной силе с Авадой взглядом.
- Ты чего устроил,- прошипел он.
Драко обнял его за талию,
- Да мне эта девка сто лет не нужна, если что, вон вампиру этому озабоченному подарю, - он кивнул головой в сторону Александра.
Гарри тут же сменил гнев на милость, и обнял его в ответ. Полный неудовольствия взгляд стоявшего недалеко Драго согрел Драко душу.
- Ну что ж, решение принято, – Рада положила руки на щит. – Суд окончен, - защита судилища рухнула, осыпавшись черными хлопьями похожими на сажу. – Все свободны.
В ту же секунду Драко увидел, как вытянулись, словно от боли, лица большинства оборотней.
- О нет, Карла, - Лукаш бросился вперед, на ходу создавая пред собой портал, весь его клан последовал его примеру.
- Что происходит? - насторожился Влад.
- Гарри, Драко, возвращайтесь в замок – Рада сотворила для них портал прямо в круге. – Быстро в замок, - рявкнула она, видя, что они застыли в изумлении. - У меня дела.
Драко схватил Гарри за руку, что-то подсказывало ему, что стоит выполнить приказ.
***
Как только Рада шагнула в портал за Гарри и Драко, Гермиона бросилась наверх.
- Они ушли.
Северус был уже одет, как обычно строго.
- Усовершенствованная всеэссенция, - он вложил ей в руку флакон. – И «Лунное затмение»,- он повесил ей на шею амулет на серебряной цепочке. Он напоминал маленькую сферу, наполненную самой тьмой. – Ты помнишь, как все делать?
- Да.
Он притянул ее к себе и впился жестоким поцелуем в губы, потом, устыдившись, видимо, своей несдержанности, шепнул на ухо.
- На удачу.
- Ты в неё веришь?
- Я её делаю.
Гермиона обняла его за шею и поцеловала не менее страстно.
- Мне она тоже понадобиться.
И с улыбкой на губах она аппарировала.
- Сюда, - стоило Гермионе оказаться у восточной стены башни, как ее позвали из леса.
Ожидавший её Охотник, несмотря на холод, был одет только в легкие спортивные штаны.
- Так легче выпутываться из одежды, обращаясь, - пояснил он ее недоуменный взгляд.
Гермиона кивнула.
- Сколько у нас времени?
- Ничтожно мало. Сейчас я выведу тебя на тропу, подождешь несколько минут, после того как я уйду вперед, и беги следом, не отвлекайся ни на какой шум и не оборачивайся. Я расчищу дорогу. Тропинка приведет тебя в место силы. Там тоже будет один охранник. Если я не успею, он - твоя проблема. Поняла?
Гермиона кивнула.
- Да.
Охотник жестом велел ей следовать за собой, несколько минут спустя, продравшись через кусты, они достигли тропы.
- Жди здесь.
- Как долго?
- Ты услышишь. И помни, я для тебя не опасен, но не позволяй другим тебя укусить.
Гермиона кивнула. Глаза охотника сверкнули желтым светом. В его руке сверкнул неизвестно откуда взявшийся нож с широким посеребренным лезвием.
- Ну что, ведьма, поохотимся?
Гермиона отсалютовала ему флаконом с зельем.
- За охоту.
Он улыбнулся и тенью метнулся в сторону тропы. Гермиона ждала. Её сердце учащенно билось в такт лихорадочно метавшимся мыслям. Длинный протяжный вой, переходящий в человеческий крик был именно тем сигналом, которого она ждала, выхватив палочку, Гермиона побежала…
Глава 17.
- Ну что?
- Он согласился.
Северус встал с постели, снимая наложенную на себя иллюзию. Гермиона поразилась переменам, произошедшим за несколько часов ее отсутствия. Не то что бы он феноменально помолодел после приема максимально допустимой дозы зелья, но шрамы теперь скорее напоминали тонкие ниточки, он не прихрамывал, исчезла полная горечи сеточка мимических морщинок.
Заметив ее пристальный взгляд, он нахмурился.
- И это только начало. Боюсь, мне придется дорого заплатить за нашу экскурсию на Карпаты.
Гермиона могла понять его желание оставаться собой, но такая неприязнь к идее скинуть десяток лет была ей не слишком понятна.
- Северус, я хотела спросить тебя.
Он кивнул, отобрав у нее пакет и выгружая на стол бутылочки и свертки с ингредиентами.
- Спрашивай.
- Это так важно для тебя… Я о побочном эффекте зелья.
Она не надеялась, что он ответит, но…
- Молодость, Гермиона, не в физическом, но моральном плане была для меня слишком утомительной. Дело не во внешности, просто она постепенно дозревала до моего сознания. Я, как говорила моя мать, всегда был «маленьким старичком». Согласись, одиннадцатилетний мальчик с томиком Сократа, предпочитающий логические задачки полетам на метле и два часа фехтования прогулке с хорошенькой девочкой в Хогсмид – нелеп. Так, по крайней мере, считали все, кто меня окружал. А если ко всем своим странностям такой ребенок еще и некрасив, и не пытается заискивать перед взрослыми, чтобы вызвать у них подобие того умиления, что бесплатно достается другим детям, избегает сверстников, потому что у него с ними мало общего… Вот тебе картина моего детства. Знаешь, какая мечта была у меня? Стать взрослым. Чтобы мое тело, наконец, доросло до моего интеллекта, и у меня по крайней мере появились, если не друзья, то единомышленники. Я так стремился стать взрослым, что слишком рано поверил, что это, наконец, случилось. К каким последствиям это привело, ты знаешь. Теперь ход времени для меня бесценен, все должно происходить тогда, когда ты готов к этому. Иногда очень хочется приблизить какое-то приятное событие… Но эта иллюзия несвоевременности сделает его менее приятным.
- Я тебя понимаю, - кивнула Гермиона. – Тем более ценно то, что ты делаешь для Драко.
Северус рассмеялся.
- Хочешь, я расскажу тебе о Драко? Всему виною зависть.
- Прости?
- Люциус Малфой. Мне казалось, что он самой судьбой одарен всем, что я желал иметь. Красота, блестящий ум, умение соответствовать любому мгновению жизни. Но то, как он распоряжался этими щедрыми дарами… Когда у него родился сын, мне предложили стать крестным. Не в силу особенно теплого отношения, просто как особе, приближенной в тот момент к нашему общему хозяину. Я тогда дал себе слово сделать все, чтобы Драко не превратился в точную копию своего отца… Мне так многое не удавалось в этой жизни…
- Ну почему же не удавалось. Драко другой. Он может строить из себя невесть что, но мы оба знаем, что по натуре он… - Гермиона улыбнулась. – Нет, подонок, конечно, но я доверила бы ему свою жизнь. Мне кажется, это во многом твоя заслуга.
- Вовсе нет. Мне даже хорошо при мысли, что на каком-то этапе жизни он был лишен моей опеки. Поверь, не случись этого, он стал бы замкнутым, увлеченным наукой циником. Я рад, что этого не случилось.
Гермиона улыбнулась.
- Ты себя недооцениваешь.
- По-моему, переоцениваю, – он усмехнулся, но усмешка вышла теплой. - Хватит воспоминаний, пора переходить к деталям нашего плана. Ты привезла все, что нужно, значит, в наших интересах не затягивать с назначением даты суда предков. Драко должен потребовать назначить его этой же ночью. Он в праве это сделать. Но, видимо, придется его немного посвятить, не во весь план в целом, конечно, но в детали.
- Что ты ему скажешь?
- Что мы попробуем обеспечить ему благоволение предков.
- А Гарри?
- Мне жаль нервные клетки Поттера, но, боюсь, ему придется пребывать в неведении. Чем меньше осведомленных, тем лучше. Ко мне и так во время твоего отсутствия заходила Рада. Несмотря на маскирующие чары, которые я наложил на свое лицо, она выразила острое желание привязать меня завтра на целый день к кровати, а тебя, в качестве моей сиделки и сообщницы, поместить в кандалы в подземельях.
Гермиона нахмурилась.
- Что будет, когда она узнает?
Северус пожал плечами.
- Для того чтобы обвинить нас, у нее не будет доказательств. Все будет указывать на Охотника. А почему мы так поступили, она поймет.
- Но Охотник… Он так рискует.
- Он всегда рискует и, в общем-то давно уже не живет, все, что он хочет, это забрать с собой на тот свет побольше тех, кто уничтожил его жизнь. Его рано или поздно поймают, но это его война, не наша. Для нас все, что произойдет - сделка, чтобы вытащить наших друзей, а для него эта битва может закончиться только смертью.
Гермиона кивнула.
- Иногда я сожалею, что мир так несовершенен.
- А я нет. В совершенном мире мне не нашлось бы места, я слишком далек от идеала, чтобы вписаться в его рамки, ты кстати тоже.
Гермиона вспомнила о горсти земли в кармане брюк.
- Но даже в этом несовершенном мире у отверженных есть свой рай. Такой же ущербный, как мы сами, но он есть.
- Для тебя, для Драко - может быть. Но я пока не уверен, что в вашем раю есть и для меня место. Владеть его куском не значит быть его частью.
Она стала молча помогать ему расставлять ингредиенты. Все это было чертовски грустно.
***
- Что, прости?
- Не прикидывайся идиотом, ты понял, что я спросил.
Гарри кивнул.
- Я просто не могу поверить, что ты сказал это. Повтори, пожалуйста.
- Садист, - буркнул Драко.
Гарри улыбнулся.
- И все же.
- Я сказал, «ПОТТЕР, НЕ СОГЛАСИШЬСЯ ЛИ ТЫ ПОЙТИ СО МНОЙ НА СВИДАНИЕ!» - по буквам прошипел Малфой. – Кажется люди так говорят, когда хотят провести вечер с человеком, который им симпатичен, надеясь на интим в финале, но подчеркивая, что он вовсе необязателен.
Гарри просиял как солнышко и отложил в сторону книгу.
- Слушал бы и слушал…
- Так ты согласен или нет? – Драко уже готов был взять свои слова назад, все это выглядело нелепо.
Вообще-то все время после обеда, который, несмотря на бурное начало, прошел вполне мирно, он провел у себя в комнате, размышляя о Гарри и его словах. Слова Рады его несколько обнадеживали, так что умирать он пока не собирался, а значит… Все его прежние попытки завязать отношения проваливались с одинаковым успехом. Но может быть… Да, представить Поттера не просто в своей постели, но и вне ее рамок было сложно. Однако, когда картинка стала складываться, она вышла вполне удачной. Если перечеркнуть их прошлые взаимоотношения и посмотреть на сегодняшних Гарри и Драко… Да, у них было мало общего, но это от чего-то только вдохновляло. Там, где Драко чувствовал себя слабым, он находил сильную сторону в Гарри и наоборот. Ему никогда не стать таким преданным, но никто не посягнет на его самоуверенность. И так во многом, он сравнивал себя с Гарри часами, как в магловской картинке, которую нужно сложить из кусочков и, когда все детали встали на место, он с почти священным ужасом понял, что она сошлась вся. Они были как две половинки одного целого, антиподы из которых при небольшом усилии вышел бы идеальный человек - довольно прозаичный и скучный - но кто сказал, что идеал это непременно ярко? Это хорошо.
Драко нервно ходил по комнате, закуривая одну сигарету за другой, потому что не мог смириться с тем, что теперь чувствует просто необходимость быть с Гарри. Но он не знал как. Все или ничего. Он не умел отдавать все. Только по кусочкам, всегда просчитывая запасные ходы и варианты отступления. Но Гарри подобные отношения не примет. Драко до сих пор не мог поверить, что тот просто взял и сказал ему все, что испытывает. Обнажив душу, не оставив секретов…. До встречи с Гермионой, услышав от человека подобное признание, он непременно пнул бы его побольнее просто потому, что он это может. А что - пусть не расслабляется, как можно поднести свою уязвимость на блюдечке такому негодяю, как он. Но, впервые увидев в Гермионе боль, он не ударил, потому что это просто не имело бы смысла, а потом, кажется, отвык бить… Он думал, это касается только Герми… Но потом появилась Рада и… Он узнал ее тайну, но просто принял ситуацию, не пытаясь как-то использовать ее в своих интересах и обрел нового друга.
Рада… Думая о ней, он улыбался немного грустно, но искренне. Они были похожи. Воля - ибо она сама держала себя в рамках. Жесткость вместо жестокости, смелость, вместо безрассудной храбрости. Он понимал ее. Она его. Иногда можно найти нечто совершенно особенное там, где ничего не ищешь.
И все же все, в конце концов, сводилось к Гарри, к его Гарри, потому что при мысли о Гарри чужом, он мечтал пойти в качестве гида с этим чужим на экскурсию в катакомбы Малфой мэнор и потерять его там… На века. Даже если речь идет о единокровном родственнике. Особенно, если о нем…
И тогда он почти убедил себя, что все дело в мелочной ревности. Дешевой в своей иррациональности ревности. И все же нет. Можно было лгать себе, выдумывая сказочку о благородстве и спасении наивного мальчика Гарри от искусителя-кровопийцы, или придумать целую сагу в духе Малфоев, о братьях-соперниках. Но проблема была в том, что ему было плевать, с кем спит Драго, а вот Гарри он не уступил бы даже парню, чью голову венчает нимб.
Именно такие размышления, в конце концов, привели его к мысли, что он попробует. Попробует построить эти самые чертовы отношения. И возводить их не на сексе, а на доверии и взаимной симпатии. Черт, в таких играх он, наверное, был девственником похлеще Поттера. Мысль о свидании пришла спонтанно, сложнее было вычеркнуть из нее ужин в дорогом ресторане и шелковые простыни. Это не та атмосфера, в которой люди могут узнать друг друга поближе.
Он даже пошел за советом к Раде, не знает ли она уютного местечка, где его не арестуют спустя пять минут после появления, и они смогут нормально провести время с Гарри. Она обещала ему портал перемещения до маленького охотничьего домика и уверила, что тамошние домовики позаботятся обо всем и не станут путаться под ногами.
И вот теперь, после стольких хлопот и нервных потрясений он стоял перед Поттером и чувствовал себя полным идиотом.
- Так ты согласен или нет? – повторил свой вопрос Драко, чувствуя огромное желание придушить улыбающегося Поттера и пуститься в бега, скрываясь от правосудия до конца жизни.
Гарри порывисто его обнял и насмешливо чмокнул в кончик носа.
- Конечно, согласен.
Драко решил отложить его удушение на неопределенный срок.
- И это все?
- В смысле?
- И это вся благодарность за то, что я тут пять минут унижался?
- Ты унижался? А я думал это было приглашение на свидание.
- Ну, это оно и было, но…
- О, заткнись, - Гарри притянул его к себе и заткнул, пожалуй, самым приятным способом.
***
- А где все?
Гермиона спустилась в столовую не в лучшем настроении. Северус, которому она помогала нарезать ингредиенты, был раздражен тем фактом, что вынужден готовить зелья у себя в комнате, а не в выделенном ему когда-то для этих целей подвале. Раздраженный Снейп - зрелище не для слабонервных, раз восемь он раскритиковал ее работу обозвав Лонгботтомом, а потом настоятельно рекомендовал ей найти себе занятие, а не путаться у него под ногами. Гермиона ушла, к этой стороне жизни Северуса ей еще только предстояло приобщиться, но торопиться с этим не хотелось.
Она поискала Гарри, намереваясь провести время с ним, не найдя, поискала Драко, но и тут ее ждало разочарование; в конце концов, обойдя почти весь замок, в трапезной у очага она застала Раду, та сидела, перебирая струны гитары и потягивая вино. Вот к ней Гермиона и обратилась с вопросом, присаживаясь на соседний стул.
- Все? - Рада сделала глоток вина. – Драко и Гарри отправились на свидание. Драго ушел еще до обеда.
- Свидание? - удивилась Гермиона, присаживаясь на соседний стул. - Похоже, я что-то пропустила.
Рада кивнула, продолжая наигрывать что-то грустное.
- Так всегда бывает, увлекаясь чем-то, ты становишься слепа к окружающему миру.
- И все же…
- Тебя что-то беспокоит?
Гермиона кивнула.
- Я как никто уверена в Гарри. Для него привязанность к кому-то очень серьезна. Но Драко… Он замечательный, однако мало кого способен впустить в свой мир, он привык держать людей на расстоянии.
- Но тебя не удержал.
- Это другое.
Рада улыбнулась.
- Это то же самое. Однажды, найдя в себе достаточно решимости впустить кого-то в свою жизнь, он сделает это и во второй раз. Начинать надо с малого… он научился заводить друзей. Самое время для любви, не находишь?
Гермиона пожала плечами. Рада с печальной улыбкой перебирала струны.
- Я ему завидую немного.
- Кому?
- Этому вашему Гарри. Такие люди - редкость, даже убедив себя, что устали от суеты и несправедливости этого мира, они продолжают делать его лучше. Кормят бродячих собак, переводят через улицу старушек, они просто не могут иначе, в них не заложено пренебрежения к чужой боли, они всегда открыты для нее.
- Увы, они редко бывают счастливы.
- Но они надеются… всегда. Даже когда в состоянии убедить мир, что это не так. У меня была очень длинная жизнь, Гермиона. Я поведала на своем веку такое, что все не пересказать словами, но я скажу тебе одно, я всем скопом выбросила бы все, что знаю о людях в обмен на то, чтобы когда я была маленькой девочкой, в моей жизни встретился человек, похожий на Гарри. И чтобы научил меня жить в этом мире по своим законам.
- Ему пришлось нелегко.
- Всем нам пришлось. Но посмотри на них, они живые.
- Я не понимаю.
- Спроси себя, рядом с тобой Драко был таким деятельным, целеустремленным, живым?
- Нет.
- Рядом с Гарри он просто взрыв абсурда, но этот абсурд чертовски эмоциональный. Они нужны друг другу.
- А что нужно мне?
Рада задумалась.
- Тебе? – она улыбнулась. – Покой, иначе ты не выбрала бы этого мужчину.
- Покой, - усмехнулась Гермиона. - Тогда я, похоже, выбрала не того мужчину.
- Ты любишь русскую поэзию? – Рада стала наигрывать еще более плавную и тягучую мелодию, чем раньше.
- Я не слишком хорошо с ней знакома.
- Но о Пушкине ты, разумеется, слышала.
- Конечно.
- Многие любят Пушкина, мне милее Лермонтов. Отвечая на твой вопрос, я хочу прочитать тебе одно стихотворение. Ты позволишь?
Гермиона кивнула.
- Конечно.
Рада собралась с мыслями.
- Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?..
Играют волны - ветер свищет,
И мачта гнется и скрыпит...
Увы! он счастия не ищет
И не от счастия бежит!
Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой...
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!
Гермиона улыбнулась.
- А он есть? Покой в бурях?
Рада пожала плечами.
- Я люблю грозу, она заставляет меня чувствовать себя умиротворенной, целой. Когда бушует стихия, то кто бы ты ни был, человек, вампир, оборотень, маг или магл, ты всего лишь песчинка, которой должно приклонить колени и внимать силе истинного безумия. Это завораживает, такая красота может подавлять, но она же очищает душу. Многие любят грозу, потому что после нее всегда приходит солнце, и обновленный мир сияет более яркими красками. Но мало кто ценит разрушительную красоту сомой стихии. Я тоже не всегда умела любить ее. Умеешь ли ты? Я не знаю, но мне кажется, умеешь.
- Ты удивительный человек, Рада.
- Я удивительно старый человек, – нелюдимая отложила гитару. – Давай ужинать. Наши юноши поглощены друг другом, наш мужчина вынашивает какие-то коварные замыслы, пытаясь скрыть это от меня, и, следовательно, я полагаю, в данный момент поглощен собой. В такой ситуации дамам остается только есть и потягивать вино, развлекая друг друга беседой.
Гермиона улыбнулась.
- Да будет так.
Рада улыбнулась в ответ.
- А так и будет.
Когда подали ужин Гермиона спросила:
- Ты обычно живешь здесь одна? Не скучно?
- Ну, это не единственный мой дом, но да, в основном я бываю тут одна. Мне не скучно. Мне спокойно, хотя порою царящий вокруг покой мучает. Но как бы тебе объяснить, это не значит, что я хочу что-то менять. Однажды я думала об этом, но пришла к выводу, что тишина мне желаннее.
- Думала?
- Не обязательно найти любовь, чтобы разделить с кем-то вечность.
- Расскажешь?
Рада кивнула.
- Это не секрет в Трансильвании. Двести лет назад Влад сделал мне предложение, и я чуть
было его не приняла.
- Почему?
- Что почему? Почему чуть не приняла или почему в итоге все-таки отказала?
- И то и другое.
- Мы нравились друг другу. Наше знакомство к тому моменту было довольно долгим. У Дракулы не может быть двух невест или жен. Он решил, что я - та самая женщина, с которой он мог бы не устать от вечности. Ради меня он готов был отказаться от ухода в дом Немертвых, когда придет его срок и даже, если потребуется, отказаться от роли главы клана.
- Он любил тебя так сильно?
- Кто говорит о любви? Мы говорим об обязательствах длинною в вечность. Ты не понимаешь природу чувств вампира. Быть всегда одному под леденящим сводом тьмы - его судьба. Ему не найти для себя ту, что сможет освятить его мир, но он может разделить этот холодный склеп с кем-то. Почему именно со мной? Мои эмоции ярче, чем у вампиров, похожи по сути, но нечто иное по содержанию. Влад всегда любил экспериментировать со своей природой. Полагаю, это был тот самый случай. Любовь? Ну, он так сильно желал этого союза, который не сулил ему особой выгоды что, пожалуй, это было очень сильное желание.
- Так почему ты отказала?
Рада пожала плечами.
- Я испугалась, что история повториться. Я не оправдала желаний одного нелюбимого мужа, могла ли я надеяться, что со вторым у меня выйдет лучше?
Гермиона колебалась долю секунды.
- Рада, я не уверена, что в праве говорить об обстоятельствах того, как я это узнала и не хочу, чтобы мы обсуждали это. Драго передал Драко просьбу от Влада, речь в шла о том, что бы Драко убил Северуса, это ослабило бы тебя и Влад нанес бы удар, свалив все на оборотней.
Рада кивнула.
- Северус знает?
- Да.
- Он насторожен этим обстоятельством?
- Северус этого не показывает, но нет, не думаю, что это всерьез его беспокоит.
- Я немного знаю Драго, - задумчиво сказала Рада. – Я далека от доверия Владу, но я еще меньше готова верить этому его сыну. Я думаю, что он подал Драко полуправду, некоторые идеи его отца, щедро приправленные его собственными интригами. Не бери в голову. Но спасибо, я подумаю об этом…
***
- Нет, это невозможно, - Драко со стоном сполз на пол, разглядывая интерьер охотничьего домика. – Что бы я еще раз доверил женщине выбор уютного, но не вычурного места! Никогда!
Гарри хихикнул.
- А, по-моему, мило. Ты что, собирался пригласить меня в Диснейленд?
- Странные у тебя представления об уюте, - буркнул все еще недовольный Драко. – Но я думал о чем-то менее провоцирующем.
Тут было все, чего он так стремился избежать. Охотничий домик состоял из одной жилой комнаты, кухни и ванной. В свете камина их ждал элегантно сервированный на двоих столик, в тусклых бликах свечей и ярком пламене очага в интерьере бросались в глаза отнюдь не охотничьи трофеи, украшавшие стены, а огромное ложе, накрытое покрывалом из пушистого серебристого меха.
Гарри подошел к столу и взял маленький конвертик.
- По-моему, это тебе.
Драко поднялся и взял конверт у Гарри. Там была короткая записка.
«Не пытайся быть тем, кем не являешься, и если ему что-то не понравится, можешь свалить все на меня.
Рада»
Драко улыбнулся и кинул записку в камин.
- Что там было? – спросил Гарри.
- Инструкции как тебя обаять.
Гарри рассмеялся, садясь за стол.
- Тебе не нужно особенно стараться.
Драко последовал его примеру.
- Правда?
- В силе твоего обаяния я уже убежден. Вопрос в том, что у тебя есть кроме него?
- А что тебе нужно?
Гарри пожал плечами.
- Все дело в том, что я не знаю. Еще несколько дней назад я бы сказал, что хочу дождаться, пока, наконец, кончиться вся эта шумиха с Воландемортом и осесть. Найти приличную девушку, попытаться создать семью.
Драко растерялся.
- Но если тебе хочется такого…
- Хотелось. Но я тогда не испытывал такого влечения к тебе. Отрицать его не вижу смысла, но наше будущее… Я не знаю, как его представить. Это очень сложно. Я хотел бы, что бы все было просто.
Драко горько ухмыльнулся.
- Но это не так. Ты герой, я отверженный, изгой. У нас мог бы быть приятный романчик, ставить о котором в известность широкую общественность было бы глупостью. Но отношения… их ведь не спрячешь.
Гарри пожал плечами, наполняя его тарелку.
- Я и не думал ничего скрывать. Пойми, в данной ситуации меня интересует только твое и мое мнение.
Драко кивнул.
- Я понимаю, что скажу сейчас сопливую банальность. Но я не хочу сломать твою жизнь.
Гарри кивнул.
- Спасибо, - он улыбнулся. – Я ценю это. Но ты не сломаешь, даже если у нас в итоге ничего не выйдет, я никогда не стану сожалеть о попытке. А если получится, что ж, в этом мире счастье строится не по географическому принципу, я буду рад жить с тобой на острове. Наверное, я не брошу работу, но при наличии камина, и если никто не отменит аппарацию, это не будет проблемой.
- А ты не думал об отношении к тебе в обществе? – этот вопрос был задан не Драко, но Малфоем.
- Мне не нужны те друзья, что не в состоянии принять моего выбора, а до остальных мне вообще нет дела. Но если что-то смущает тебя…
- Меня? Малфоев вообще трудно смутить.
- Хорошо, тогда меня беспокоит только этот чертов суд предков.
Драко улыбнулся.
- Не стоит, Рада обещала мне, что я благополучно покину Карпаты, а она не говорит того, чего не знает.
- Она тебе нравится? – улыбнулся Гарри.
- Да, очень. Но она немного чокнутая, возможно, все мы такие, но она чертовски обаятельная сумасшедшая.
- И все же мне жаль ее…
Драко жестом остановил Гарри.
- Не стоит, думаю, ей меньше всего нужна наша жалость. Все ее горечи, ее решения, все, что она есть, их последствия. Я думаю ….
- Что?
- Не важно.
- Драко?
Он обнял себя руками и, поднявшись, подошел к огню.
- Я не могу сказать, но, кажется, я понял кое-что о Раде… Я не хотел бы этого знать.
Гарри смотрел на его фигуру, удивительно хрупкую в дребезжащем свете пламени. Он встал и, подойдя к Малфою, обнял его, положив голову ему на плече.
- Не говори, если не хочешь.
Драко не обернулся.
- Ты прав, не хочу.
- Пойдем, - Гарри обнял его за плечи увлек к постели и толкнул на мягкое покрывало, опускаясь рядом.
- Ты уверен? – Драко ласково коснулся его щеки.
Гарри улыбнулся.
- Ты нужен мне.
Драко обвил руками его шею, пытаясь вложить в последовавший за этим поцелуй всю свою благодарность за такой ответ. Быть нужным… не кому-то – Гарри. Такому честному и правильному, с мягкими губами и неумелыми в своей торопливости, но горячими как угольки поцелуями. Его Гарри, Гарри, чувства к которому такие большие и неопределенные, он пытался выразить их всем прикосновением, дыханием, движением. «Мой», выдыхал он в полураскрытые зацелованные губы. «Мой» повторял он, утверждая свою власть над этим телом. «Мой» шептал он, покоряя и покоряясь, растворяясь в чужой нежности и в не обузданных в своей откровенности желаниях. «Мой» утверждал он каждой лаской каждым движением, к Гарри, в Гарри, с Гарри.
И нежность, и умиротворенность, и бесстыдное «Твой», стоном, вскриком на гране и за гранью. Они переплелись на серебристом мехе так тесно, что потустороннему наблюдателю показалось бы, что в этом объятье они стремятся сломать друг другу кости… Раствориться друг в друге каждой клеточкой. Но это было бы неправдой, они не пытались ничего сломать, а только учились строить. И Драко выдохнул те самые слова в растрепанную шевелюру своего нечаянного любовника… Любимого? И получил в ответ столь же невнятной утомленной сонливости «Я тебя тоже». Он предпочитал не задумываться, как это было раньше, главное здесь тоже это есть. Здесь и сейчас.
Глава 18.
- Будем завтракать здесь или вернемся в замок?
Гарри вынырнул из-под мехового покрывала.
- А чем мы тут располагаем?
- Засохшей икрой и выдохшимся шампанским. Если бы вчера кто-то этим поужинал вместо того чтобы сразу затащить меня в постель… - ворчал Драко.
Гарри улыбнулся.
- Я и сейчас предпочел бы позавтракать тобой.
Драко фыркнул.
- Не знал, что связался с каннибалом.
- Еще с каким, если речь идет о вкусненьких сливочно-беленьких Малфоях.
- Ну, это блюдо я тебе не дам, пора собираться. Сегодня суд, если помнишь.
Гарри со стоном сполз с постели.
- А так не хочется никуда идти.
- Знал бы ты, как не хочется мне…
- Я понимаю. Ты уверен, что все будет хорошо?
- Ну, мне попытались это внушить. Одевайся, надо поторопиться.
Гарри подошел к Драко и подставил губы для поцелуя.
- Ты не пожелал мне доброго утра.
Драко целомудренно чмокнул его в лоб.
- Доброе утро.
Гарри тут же схватил его в объятья и поцеловал куда более существенно.
- Вот так желают доброго утра у нас в гриффиндоре.
- И как ты ухитрился остаться девственником при таких традициях.
Гарри фыркнул.
- Я ждал кого-то особенного, помнишь?
- О, я, конечно, феноменально особенный, - Драко аккуратно выбрался из теплых объятий.
– И все же нам пора.
Гарри печально кивнул.
- Угу…
Глядя как он понуро собирает свои валяющиеся в беспорядке вещи, Драко нахмурился.
- Гарри нам, правда, пора…
- Угу, - полный горечи вздох.
- Гарри... а к черту, - Драко схватил Поттера в охапку и упал на кровать, увлекая его за собой. – С другой стороны, можно ведь и правда обойтись без завтрака.
- Ты об этом не пожалеешь, - нахальный Поттер уже расстегивал пуговицы на его рубашке.
Драко закатил глаза.
- Уже жалею, - Гарри лизнул, а потом слегка сжал зубами его ключицу. – Я сотворил монстра, - простонал Драко. Потом ему, собственно, было уже не до слов.
***
В трапезной их ждала злая как сто чертей Гермиона.
- Где вас носило? Через полчаса вам нужно отправляться на суд над Александром.
- Тебе в подробностях или просто поверишь, что мы были очень заняты?
Гермиона окинула их оценивающим взглядом.
- Поверю. Драко, нам нужно поговорить. А тебе, Гарри, не мешало бы привести себя в порядок. И неплохо было бы ширинку застегнуть.
Гарри покраснел.
- Да, ты права, это сделать, пожалуй, стоит.
Гермиона взяла Драко за руку и потащила его в библиотеку. Как только они оказались в комнате, она заперла дверь.
- Времени мало, так что слушай меня внимательно. Северус просит тебя, как только будет решено, что Александр предстанет перед судом предков, настаивать, чтобы это произошло сегодня ночью.
- Зачем мне это?
- Поверь, так нужно в целях твоей безопасности.
- Вы что-то придумали? Мне нужны подробности.
- Сейчас для всех нас безопаснее, что ты их не знаешь. Доверься нам.
Драко совершенно серьезно кивнул.
- Хорошо. Когда мне быть готовым к неожиданностям?
- Все время.
- Поттер?
- Гарри лучше пока пребывать в неведении…
- Ладно, тогда, полагаю, что теперь я могу пойти переодеться.
Гермиона порывисто обняла его.
- Мы справимся.
Драко поцеловал ее в макушку.
- Что бы вы ни затевали, побереги себя. Пообещай мне.
Она серьезно кивнула.
- Похоже, друг мой, у нас появилась масса поводов не торопиться на тот свет.
- Похоже на то.
Она улыбнулась, освобождаясь из его объятья.
- Ну давай, Драко Малфой, докажи всем, что ты очень живучая сволочь.
Он улыбнулся в ответ.
- Я докажу, непременно…
Гермиона ухмыльнулась.
- И запомни все детали суда…. Не думаю, что мне доведется увидеть это своими глазами, так что я потребую полного отчета.
***
Когда Драко вошел в зал, там уже были Гарри, Гермиона и Рада. Но именно Нелюдимая привлекла его внимание. До этого он никогда не видел ее такой. На княгине было длинное белое платье до пола. Волосы, заплетенные в две толстые косы, лежали на плечах, чело венчал толстый обруч, украшенный россыпью сапфиров. Она выглядела величественной и по-королевски гордой. Дополнял картину меч на поясе. Его черные ножны украшал причудливый рисунок: смертельно раненный волк сжимал в зубах гигантскую летучую мышь.
- Прежде чем мы отправимся, я хочу, чтобы вы уяснили себе несколько правил суда. Вы можете говорить, только если я вас спрошу. Выступать наравне со мной или перечить мне и остаться безнаказанными могут только главы кланов.
Драко и Гарри кивнули.
- Вы гости клана вампиров, поэтому на судилище будете стоять с ними. Когда мы окажемся на месте, и я сомкну круг, никто не покинет судилище до вынесения решения. Попытка сделать это карается смертью. Вам все ясно?
- Да.
- Да.
Она улыбнулась, на секунду став прежней Радой.
- Ну, тогда в путь.
Повинуясь взмаху ее руки, на полу вспыхнула красная пентаграмма.
- Идите.
Гарри шагнул первым. Драко последовал за ним…
***
Он не знал, чего ожидал от места судилища. Они оказались на гладкой площадке на вершине горы. Было холодно, ветер посыпал волосы снежной крошкой. В центре площадки находился огромный круг, земля в нем казалось выжженной и мертвой. В круге уже находились люди, человек сто пятьдесят, причем, по мнению Драко соотношение оборотней и вампиров было три к одному. Из-за заснеженных залитых солнцем вершин свет вокруг казался ослепительно ярким. Малфой удивился, как это переносят вампиры, разглядев среди присутствующих, улыбнувшегося ему Влада он, повинуясь его жесту, вступил в круг.
… И тут же понял, насколько ошибочным было его первое впечатление. Он шагнул из мира в мир. Снаружи казалось, что просто люди столпилось на клочке земли. Но внутри круга царила ночь, воздух был отнюдь не холодным и разряженным, а мягким, лесным, напоенным запахом трав и соцветий. Он с удивлением взглянул на звездное небо над головой и улыбнулся… Это место действительно дышало древностью…
В центе круга возвышалось странное сооружение, подойдя поближе, он понял, что это лежащий на алтаре из оникса щит, украшенный каким-то причудливым рисунком. Хитросплетение черных и темно-серых линий, какие-то слова….
- Это карта, - Влад неслышно к ним приблизился. – На ней обозначены территории охоты.
- О, - Драко обернулся к главе клана вампиров. – Волшебное место.
- Более чем. Напомните мне однажды рассказать вам историю заключения Договора. Сейчас, боюсь, не время и не место. Нелюдимая прибыла, - он махнул рукой вправо, приглашая их занять место среди вампиров. Оборотни стояли слева.
Подойдя к вампирам, Драко стал рядом с Александром.
- Привет, пока не окончательно мертвый.
Вампир улыбнулся.
- И тебе, пока еще живой.
Драко хмыкнул.
- Какое-то у тебя слишком радостное настроение для того, кого собралась хоронить такая толпа народа.
- От судьбы не уйдешь. Одно радует: ты влипнешь со мною за компанию.
Драко кивнул.
- Да, похоже на то.
Нелюдимая шагнула в круг и перешептывающиеся голоса стихли. Подойдя к щиту, она произнесла.
- Я здесь, чтобы вершить суд.
Драко снова поразился произошедшим с ней переменам. Как зачарованный он слушал чужой резкий голос, который, казалось, поднимался из самой земли. В нем не было ничего человеческого, только мощь, только торжество древних богов, чьих имен и законов он не знал.
Взметнулись вверх белые ладони, Нелюдимая опустила руки на щит и выжженная земля под их ногами запела, если это можно было назвать песней; повинуясь ее стенаниям, мир за пределом круга стал таять, теряя свои очертания, превращаясь в застывшую корку непроглядной тьмы. Неживую, неподвижную.
Драко почувствовал себя в ловушке, он действительно не покинет круга, пока все не кончится. Все сейчас было одной огромной волей женщины, что касалась щита. Или не женщины вовсе? Ее глаза сейчас были безжизненны и пусты как ночь, что была матерью всем собравшимся.
- Подойди ко мне, Александр из рода Дракула, и я решу твою судьбу.
Александр шагнул вперед и опустился на колени перед алтарем, на котором лежал щит.
- Нарушил ли ты территорию охоты?
- Да, госпожа.
- Коснулся ли ты непредназначенных твоему народу жертв?
- Нет, моя госпожа.
- Проник ли ты в дом оборотня?.
- Да, госпожа.
- С какой целью?
- С целью ограбить его.
Тишина казалась гнетущей.
- Что ты намеривался украсть в доме Лукаша?
- Его дочь Софью.
- Это было только твое желание, или она хотела покинуть с тобой отчий дом.
Александр бросил взгляд на девушку с русой косой, стоящую рядом с Лукашем. Та быстро кивнула.
- Хотела, моя госпожа.
- Приглашала ли она тебя на земли своего клана?
- Да, моя госпожа.
Нелюдимая кивнула.
- Поднимись и вернись к своему народу. София из рода Виго, подойди, дабы подтвердить или опровергнуть его слова.
Девушка подошла к алтарю, Александр как раз встал в этот момент, и Драко заметил, как в молниеносном пожатьи сошлись их пальцы, прежде чем вампир вернулся к своему народу, а девушка опустилась на колени.
- Ты подтверждаешь слова Александра из рода Дракула?
- Да, моя госпожа, - с вызовом бросила девушка, взглянув в глаза своему явно кипящему от ярости отцу.
- Что ж, вернись к своему народу.
Рада задумалась.
- Я не вижу большего преступления в нарушении тобой границы, Александр из рода Дракула. Это преступление я прощаю тебе, так как Софья из рода Виго показала, что ты пришел на землю оборотней по ее приглашению. Но ты сам признал, что в дом самого Лукаша ты проник как вор. Я сожалею. Согласие девицы не давало тебе права пытаться увезти ее без ведома отца. Но причин убивать тебя за это я не вижу, тем более, что побег не удался. В качестве компенсации за нанесенное Лукашу оскорбление, я накажу весь твой клан лишением части территории охоты. Твоя дальнейшая судьба в руках твоего народа. Но я вижу вину и за тобой Софья, ты не имела право поощрять Александра Дракулу к действием на территории твоего клана, которые караются Договором. Но твою судьбу я тоже отставляю на усмотрение твоего клана.
Рада извлекла из ножен меч и коснулась карты, на щите отсекая кусок отмеченной черным территории. Он тут же приобрел темно-серые границы.
- Таково мое решения и да будет так.
- Да будет так – одновременно воскликнули Влад и Лукаш.
Глава клана оборотней шагнул вперед.
- Здесь, в присутствии Нелюдимой спрашиваю тебя, Влад Дракула, какая участь ждет твоего сына?
- По нашему закону он предстанет перед судом предков, тебе это прекрасно известно, Лукаш.
- Но когда? Если это произойдет через сотню лет, я опротестую приговор Нелюдимой.
Драко решил, что это как раз его время вмешаться.
- Сегодня ночью, может быть. Знаете, мне как-то не терпится покинуть ваш гостеприимный край.
Лукаш даже не взглянул в его сторону.
- По какому праву он говорит?
- Этот колдун - защитник моего сына перед предками. Требовать даты их суда - его привилегия.
Вот теперь Лукаш взглянул на него более заинтересованно, но с насмешкой.
- И ты всерьез надеешься вернуться домой, колдун?
- Не вижу причин не верить в это, - Драко всем своим видом выражал крайнюю степень надменности. – Мой гм-м подзащитный нарушил явно устаревшие догматы, по-моему, проблемам чистоты крови придают слишком большее значение.
За его спиной у Гарри, похоже, вот-вот готова была начаться истерика. Так он пытался подавить рвущийся наружу хохот.
- Дамы и господа, посмотрите на эту девушку, - он шагнул к оборотням и жестом предложил всем полюбоваться Софьей. – Неужели за такую красоту жалко жизни?
Большинство присутствующих кивнули. Мол, жалко.
Драко удрученно пожал плечами.
- О, как циничен стал мир. А ведь любовь, по сути, власть. Ради нее развязывались войны и строились империи, кто из вас не рискнул бы парой ветхих законов ради власти?
Аудитория призадумалась.
Лукаш зааплодировал.
- Красноречиво. Но, боюсь, юноша, это вам не поможет.
- Пари?
Глава оборотней задумался.
- На что?
- Я напишу завещание на ваше имя. Фунты принимаете?
- Он богат? – спросил Лукаш у Рады.
- Да, и я еще от себя накину.
- Сумма пари?
- Миллион английских фунтов или двести тысяч галеонов, как пожелаешь, – улыбнулась Нелюдимая.
- Хорошо, если вы погибните, я получу ваши деньги, а что хотите взамен вы?
Драко ухмыльнулся.
- Вашу дочь. Вы ведь хотели наказать ее… - он надеялся, что Гарри там за его спиной не грохнулся в обморок, и что Александр не всадит ему нож в спину.
Он ожидал, что оборотень откажется. Но тот ухмыльнулся.
- У меня уже есть достойная наследница, а предавшая меня однажды предаст и во второй раз. Если ты выживешь, колдун, – она твоя.
Рада ухмыльнулась.
- Я свидетельствую ваш договор.
- Что ж. Да будет так!- сказал Влад. – Предки решат твою судьбу этой ночью, Александр.
Драко вернулся к вампирам. Гарри встретил его соперничавшим по убойной силе с Авадой взглядом.
- Ты чего устроил,- прошипел он.
Драко обнял его за талию,
- Да мне эта девка сто лет не нужна, если что, вон вампиру этому озабоченному подарю, - он кивнул головой в сторону Александра.
Гарри тут же сменил гнев на милость, и обнял его в ответ. Полный неудовольствия взгляд стоявшего недалеко Драго согрел Драко душу.
- Ну что ж, решение принято, – Рада положила руки на щит. – Суд окончен, - защита судилища рухнула, осыпавшись черными хлопьями похожими на сажу. – Все свободны.
В ту же секунду Драко увидел, как вытянулись, словно от боли, лица большинства оборотней.
- О нет, Карла, - Лукаш бросился вперед, на ходу создавая пред собой портал, весь его клан последовал его примеру.
- Что происходит? - насторожился Влад.
- Гарри, Драко, возвращайтесь в замок – Рада сотворила для них портал прямо в круге. – Быстро в замок, - рявкнула она, видя, что они застыли в изумлении. - У меня дела.
Драко схватил Гарри за руку, что-то подсказывало ему, что стоит выполнить приказ.
***
Как только Рада шагнула в портал за Гарри и Драко, Гермиона бросилась наверх.
- Они ушли.
Северус был уже одет, как обычно строго.
- Усовершенствованная всеэссенция, - он вложил ей в руку флакон. – И «Лунное затмение»,- он повесил ей на шею амулет на серебряной цепочке. Он напоминал маленькую сферу, наполненную самой тьмой. – Ты помнишь, как все делать?
- Да.
Он притянул ее к себе и впился жестоким поцелуем в губы, потом, устыдившись, видимо, своей несдержанности, шепнул на ухо.
- На удачу.
- Ты в неё веришь?
- Я её делаю.
Гермиона обняла его за шею и поцеловала не менее страстно.
- Мне она тоже понадобиться.
И с улыбкой на губах она аппарировала.
- Сюда, - стоило Гермионе оказаться у восточной стены башни, как ее позвали из леса.
Ожидавший её Охотник, несмотря на холод, был одет только в легкие спортивные штаны.
- Так легче выпутываться из одежды, обращаясь, - пояснил он ее недоуменный взгляд.
Гермиона кивнула.
- Сколько у нас времени?
- Ничтожно мало. Сейчас я выведу тебя на тропу, подождешь несколько минут, после того как я уйду вперед, и беги следом, не отвлекайся ни на какой шум и не оборачивайся. Я расчищу дорогу. Тропинка приведет тебя в место силы. Там тоже будет один охранник. Если я не успею, он - твоя проблема. Поняла?
Гермиона кивнула.
- Да.
Охотник жестом велел ей следовать за собой, несколько минут спустя, продравшись через кусты, они достигли тропы.
- Жди здесь.
- Как долго?
- Ты услышишь. И помни, я для тебя не опасен, но не позволяй другим тебя укусить.
Гермиона кивнула. Глаза охотника сверкнули желтым светом. В его руке сверкнул неизвестно откуда взявшийся нож с широким посеребренным лезвием.
- Ну что, ведьма, поохотимся?
Гермиона отсалютовала ему флаконом с зельем.
- За охоту.
Он улыбнулся и тенью метнулся в сторону тропы. Гермиона ждала. Её сердце учащенно билось в такт лихорадочно метавшимся мыслям. Длинный протяжный вой, переходящий в человеческий крик был именно тем сигналом, которого она ждала, выхватив палочку, Гермиона побежала…